Яой Каори

- Ты мой, только мой, - почти прорычал он, начиная двигаться, и сладкий плен человеческого желания полностью овладел им, помогая справиться с демоном внутри себя.

Майкл сначала заглушал свои стоны, стесняясь столь яркого выражения своих ощущений, но когда страсть поглотила его, его голос стал невероятно приятной музыкой для Савина. Демон старался прижиматься к юноше плотнее, сильнее погружаясь в покорное и жаждующее ласк тело. Такого с ним раньше не было: ради обычного человека держаться «на грани», нарушать запреты, переступать через законы своих учителей. Но он знал, что Майкл не обычный человек – именно тот, кто был ему нужен, а ради такого можно было переступить через все.
Майкл забился под ним в сладкой судороге, сильнее сжимая пальцы Савина, расслабился и упал на траву, слушая стук бешено колотящегося сердца. Демон не отпускал его, двигаясь очень медленно, целуя его плечи и спину. Он впитывал все мысли и чувства юноши, сгорая вместе с ним в сладком плену. Сегодня он не хотел так скоро отпускать Майкла, хотя это было опасно.

- Теперь и ты мой, - хрипло произнес молодой человек, двигаясь навстречу Савину, избавляясь от мешавшего их соитию смущения, даря и получая удовольствие от процесса.
Демона его действия завели еще сильнее, он ускорил темп, рыча от удовольствия, кусая нежную кожу у основания шеи, между лопатками и у плеча, жадными руками прижимая тело юноши к себе плотнее , как бы показывая, кто хозяин положения. Майкл закрыл глаза и без остатка отдался обоюдному удовольствию. С каждым толчком его уносила приятная волна наслаждения, заставляла стонать и подчиняться тому, кто дарил ее. Не знавший ни с кем физического удовольствия, юноша оказался страстным и ненасытным, как неиссякаемый источник энергии. Савин даже не заметил, как укусил молодого человека до крови, кончая в него.

- Прости, - теплым языком он вылизал ранку и поцеловал нежно-нежно, от чего Майкл закрыл глаза и расслабился. Он полностью, без остатка доверился Савину и нисколько не жалел о случившимся с ним. Демон лежал рядом и не верил, что такое возможно.

- Я хочу остаться, - Майкл повернул в его сторону голову и серьезно посмотрел на него. – Я не хочу уходить от тебя, не хочу возвращаться туда.

- Что ты такое говоришь? – испугался Савин, глядя на него, как на безумного и не веря своим ушам. – Ты – человек! Ты должен жить. У тебя есть судьба, есть цели и свобода. Здесь ты ее не получишь, будешь вечным слугой.

- Здесь есть ты, а там меня никто не ждет, поэтому я не хочу возвращаться.

- Ты не понимаешь, - отчаялся Савин, закрывая рукой глаза. – Ты должен жить, должен…

- Не гони меня, прошу, - печально произнес Майкл, понимая, что не сможет добиться своего.

- Я и не гоню. Лучше отдохни. Я буду рядом, - тихо сказал Савин, укрывая юношу белым пледом.
Майкл знал, что если закроет глаза, то вскоре пропадет из сказочного места, где вместе с Савином познал искусство физической любви, где подарил демону все, что у него было, но усталость оказалась сильнее его упрямства, поэтому он провалился в сон, возвращаясь к себе домой.

Часть 9.

Отец содрал с него одеяло так неожиданно, что Майкл свалился с кровати от испуга.

- Вставай, лентяй! Хватит валяться без дела! Кто на жизнь деньги зарабатывать будет? – голос отца вырывал из сна и не позволил даже подумать о сне после подъема.

Молодой человек схватил одежду, быстро оделся и выбежал на улицу. Наступающая зима дала о себе знать, накрывшим деревья и траву инеем, замерзшими лужами и морозным сильным ветром. Майкл сразу покрылся гусиной кожей и начал растирать плечи руками. Отец с ним не церемонился, кинул ему тулуп и толкнул в повозку.

Ехали они слишком быстро. Повозку шатало во все стороны, под колесами хрустели замерзшие лужи и ветки деревьев. По дороге никто не встретился, словно все люди попрятались в домах с наступлением холодов. Изредка из леса доносились слабые песни птиц, что не покидали родные края даже в холодные времена года. Майкл весь съежился и грел дыханием замерзающие пальцы. Отец не проронил ни слова, свою дорогу подгонял лошадь и бранил ее за нерасторопность. Лишь минуя поместье мистера Эндера, Майкл понял, что отец везет его куда-то далеко, за пределы деревни.

- Куда мы едем? – осмелился спросить молодой человек у отца.

- На новую работу, где тебе будут платить куда больше, чем скряга-Эндер, - недовольно ответил отец.

Они пересекли главный лес, отделяющий деревню от остального мира, некоторое время строго ехали по проложенной дороге, потом снова свернули в лес. Хмурое небо прятало солнце, давая волю холодному ветру. Майкл практически замерз, стуча зубами. Он проклинал отца за его безразличие к сыну, за его безразличие к матери, за его ненависть к жизни, хотя последнее, пожалуй, относилось и к нему самому. Когда становилось больно не только на душе, но и телу, Майкл был готов кричать, на весь мир проклиная тот день, когда он появился на свет, потому что жизнь, которую подарила ему судьба, приносила лишь боль и страдания.
Среди деревьев показался дом, огромный, огороженный высоким забором.

- Эй, открывайте! – крикнул отец Майкла, останавливая лошадь у ворот.

- Ты опоздал, - укоризненно произнес бородатый мужчина, открывший ворота. Он был сутул и стар, хотя двигался быстро и закрывал ворота очень оживленно, махая рукой другим.

Майкл никогда не видел и не слышал об этом доме, да и отец ни разу о нем не упоминал. Тревога – первое, что ощутил молодой человек, войдя в дом. В помещении оказалось весьма уютно и тепло: печь тополи, не жалея древесины. Немного испугали чучела животных, висящих на стенах: они словно гипнотизировали тех, кто смотрел на их головы, и обвиняли в случившемся. Майкл поежился и прошел следом за отцом в соседнюю комнату, где их встретил усатый мужчина в меховом тулупе.

- Я уже начал переживать, - хриплым голосом произнес хозяин дома, как выяснилось позже. – Не обманул ли ты меня, говоря о хорошем работнике.

- Что ты, Бай! Я его привел, - отец Майкла отошел в сторону, заставляя сына подойти ближе к незнакомцу. – Молод, силен, неопытен. Ты говорил, что любишь таких, что их легко научить ремеслу.

Мужчина кивнул в знак согласия, поднялся с кресла и обошел Майкла кругом, осматривая с ног до головы. Его черные, как ночь, глаза смотрели пристально, молодой человек даже ощутил на себе тяжесть его взгляда и вздрогнул. Сейчас Майкл выглядел как вещь, которую хотят продать: отец набивает ей цену, а покупатель взвешивает цену и качество.

- Он когда-нибудь убивал животное, хотя бы курицу или свинью резал? – заканчивая с осмотром, поинтересовался Бай, переводя взгляд на отца Майкла.

- Нет. Собирал печь, обрабатывал древесину, помогал в строительстве домов и заготовке срубов, так что физической работы не боится, - лаконично ответил тот.

- Не боится значит, - усмехнулся мужчина на какие-то свои мысли, не озвучив их. Он обратно сел в кресло, закурив трубку. – Ладно, ты меня убедил. Я возьму его к себе на работу, но знай, что со временем он переедет сюда и будет здесь жить и работать. Дорога от твоего дома до моего слишком долгая, я не намерен каждый день ждать его, когда остальные будут работать…

- Я буду у Вас жить? – спросил Майк, глядя на отца. – Почему я должен здесь жить и работать? Меня устраивает работа у мистера Эндера.

- Не перечь отцу, мальчик. Когда станешь старше, ты будешь ему благодарен за это и мне, конечно, - улыбнулся Бай, сверкнув в сторону Майкла своим тяжелым взглядом. – Сейчас ты пойдешь с моими ребятами в сарай, где они покажут тебе, чем ты будешь заниматься…А тебе, - бросил он отцу Майкла, - первый взнос за работника.

Мужчина достал из сундука небольшой мешочек и бросил его на стол. Монеты издали приятный звон. Отец Майкла поспешно подошел к столу и потянулся к мешочку с деньгами, но Бай перехватил его руку:

- Только помни, что это не освобождает тебя от старого долга, - тихо произнес хозяин, склонив голову.

- Я помню, - с презрением ответил тот.

Отец Майкла ушел, не проронив ни слова, ничего не объясняя сыну. Молодой человек глубоко вздохнул и последовал за двумя мужчинами среднего возраста в сарай. Правда понятие сарай было относительным, потому что помещение, куда его привели, оказалось невероятно большого размера с лестницами, уходящими на второй открытый этаж. В нос сразу же ударил запах смерти – спекшейся крови и тухлого мяса. У Майкла даже помутнело в глаза от такого острого ядовитого смрада. Однако это было не самым ужасным, после того, как юноша увидел, как один мужчина вспарывал брюхо ягненка.

- Грег, ты посмотри на новичка! Он бледно-зеленый, сейчас ему станет плохо, - обернулся мясник, заметив пришедших, и рассмеялся, продолжая свое дело.

Майкла ждала омерзительная работа – разделывать убитых животных. Столько крови в один день он никогда не видел. С ужасом глядя на свои запачканные кровью руки, он понимал, что это все – конечная точка в его судьбе, дальше так продолжаться не может. Можно было свыкнуться с нравами отца, но всю жизнь дышать мертвыми телами животных, ежедневно пачкаться в крови он не сможет, не смог… «Это слишком… - Майкл сидел на траве рядом с колодцем на заднем дворе участка, принадлежащего Баю, и с трудом сдерживал слезы. – Я не могу так больше жить…Не хочу, Савин!»

Ночью на новом месте ему снился кошмар, как ему отрезали руки и ноги топором, обвиняя в смерти невинных животных. Майкл проснулся в поту, тяжело дыша. Сон ярко отразил его душевное состояние и беспокойство. Светало. Молодой человек оделся и вышел на улицу, вдохнув большую порцию свежего воздуха, который помог прийти в себя. Запах мяса до сих пор душил его. Проживающие в доме люди все спали, лишь сторож у ворот пребывал в промежуточном состоянии между дремотой и бодрствованием. Майкл обошел дом кругом и изумился, когда увидел, что высокий забор на заднем дворе отсутствовал, открывая вход в лес. Рядом были аккуратно разложены дрова в два ряда, стояло большое корыто и мешок зерна. Юноша заметил какое-то движение в лесу: некто промчался среди деревьев, потревожил растущие рядом кустарники и словно растворился в чаще леса. Однако первое впечатление оказалось обманчивым, потому что Майкл ощутил чье-то тяжелое дыхание и заметил два ярких желтых глаза, смотрящих на него сквозь густую листву посаженных на границе с лесом кустарников. Юноша вздрогнул и замер, затаив дыхание. Страх – самое сильное чувство, но Майклу удалось его преодолеть. «Бояться смерти глупо, когда желаешь ее больше, чем жизнь», - молодой человек двинулся в сторону леса, желая узнать, кому принадлежали желтые глаза.
«Стой», - отчетливо прозвучал голос Савина и напугал Майкла даже больше, чем прячущееся существо. Молодой человек остановился, и неожиданно на его плечо легла мужская рука. Он дернулся в испуге.

- Ты куда собрался? – небритый мужчина средних лет смотрел на него с улыбкой.

- Никуда, - тихо ответил Майкл и с облегчением вздохнул, скользнув взглядом по кустарникам, где ему показалось, что кто-то был.

- Не советую туда ходить, - мужчина заметил интерес к лесу со стороны молодого человека.

- Почему? – осмелился поинтересоваться Майкл.

- Ходят слухи уже много лет, что в этом лесу живет огромное чудовище, настолько страшное и безобразное, что те, кто встречали его, умирали от одного его вида – от страха, - наигранно произнес мужчина, пытаясь напугать юношу. – Но лично я не верю в бабушкины сказки. Сколько тут работаю, ничего никогда не слышал и не видел…

- А его не все могут увидеть, лишь избранные, - к их разговору присоединился сам Бай, который, наверное, заметил отсутствие Майкла и решил проверить работу своей охраны.

- Доброе утро, хозяин, - мужчина сразу же поклонился ему.

- Зачем пугаешь мальчишку? – Бай недовольно посмотрел на него и залепил оплеуху.

- Не пугаю. Он спросил, я ответил, - жалобно пробормотал подчиненный.

Майкл стоял рядом, наблюдая за ними, и с напряжением ожидал, когда хозяин обратиться лично к нему.

- Не слушай его, Майкл. Этой глупой истории сотни лет. Переходя из уст в уста, каждый приукрашивал ее для устрашения… Но чтобы ни говорили, я бы заплатил тому охотнику, который принесет «это существо» мне в коллекцию, любые деньги, - мужчина мечтательно усмехнулся. – А ты что-то видел?

- Нет, - Майкл отрицательно помотал головой.

- Ну и славно, - Бая удовлетворил такой ответ. – Теперь идите работать.